Толкунбек Исаков — заместитель председателя Совета по делам лиц с инвалидностью и президент фонда по оказанию юридической помощи лицам с инвалидностью, человек, который много лет работает с людьми с инвалидностью.С октября по май он был частью проекта ПРООН, который состоял из нескольких этапов, среди которых просвещение людей с инвалидностью, привлечение их к обсуждению насущных проблем и к изменению законодательства.

Работа велась в логике реализации Конвенции ООН о правах инвалидов и Закона КР “О правах и гарантиях лиц с инвалидностью”, которые требуют от государства системного подхода к защите прав, доступности и участию людей с инвалидностью.

Тренинги, которые впервые дали прикладные знания

На тренинги, консультации и обсуждения пришли около 300 людей с инвалидностью. К ним присоединились сотрудники государственных и муниципальных органов: всего около 15 ведомств. Из неправительственных организаций участвовали порядка 40. География была широкой: Чуйская область представила пять организаций, Иссык-Кульская — четыре, Ош — три. Баткен, Джалал-Абад и Талас подключили по две. Многие приехали впервые, хотя в стране регулярно проходят семинары по правам людей с инвалидностью.

Но главное отличие данных тренингов в их актуальности. Люди пришли, чтобы получить то, чего раньше не было — прикладную информацию, которая действительно помогает реализовывать их права в соответствии с принципами КПИ и национального закона.

Но главное отличие данных тренингов в их актуальности, вероятно поэтому они собрали большое количество участников. Люди пришли чтобы получить то, чего раньше не было — прикладную информацию.

“К нам годами приходили одни и те же организации, — говорит Исаков. — Формат был предсказуемый: высказывали предложения, расходились, и всё оставалось там же. Или слушали лекции на темы, которые мы знали и без того”.

В этот раз набор тем был шире и точнее: международное и национальное право, стратегическое планирование, мониторинг, фандрайзинг, климатические риски, чрезвычайные ситуации.

Каждая тема была оформлена как отдельный тренинг, и впервые участники выносили действительно полезную информацию.

«Один участник подошёл после тренинга и сказал, что дома сразу соберет тревожный чемоданчик. Раньше люди даже не знали, что это такое. Теперь у них есть конкретные инструкции — как защитить себя и своих близких в чрезвычайной ситуации», — говорит он.

Результаты фиксировались при помощи претеста и посттеста. Уровень знаний рос стабильно: и по правам, и по безопасности, и по финансовой устойчивости.

“Участники из Иссык-Кульской области заинтересовались лекцией о водных аккумуляторах — гранулах, которые удерживают влагу во время засухи. Люди планируют применять технологию сразу по возвращении домой. Были и другие открытия. Некоторые родители детей с инвалидностью впервые услышали, что работодатель обязан отпускать их в определённое время. Несколько человек уже на следующий день воспользовались этим правом: были нарушения, и тренинг дал им инструменты”, - говорит Исаков.

Он отмечает, была и неожиданная аудитория, госслужащие, которые пришли как представители ведомств и в процессе обсуждения вдруг говорили о своих родственниках с инвалидностью:
«Иногда на тренингах выяснялось, что у самих чиновников в семье есть человек с инвалидностью , и при этом они не знали, какие льготы и гарантии ему положены по закону», — говорит Исаков.

От открытого разговора к исследованию: какие проблемы назвали сами участники

Если тренинги давали инструменты, то круглые столы дали людям возможность проявить себя даже в законотворческой сфере. 

Фактически, именно так реализуется требование Конвенции ООН о правах инвалидов — вовлекать людей с инвалидностью в разработку решений, которые их касаются.

На первом “круглом столе” участники перечислили конкретные проблемы: отсутствие механизмов эвакуации людей с инвалидностью, трудности доступа к медицинской помощи, случаи домашнего насилия, расхождения между законами и тем, как они применяются в районах и сёлах.

Это был не набор жалоб. Это был набор фактов, который потребовал анализа.

А на втором все перешли от разговора — к исследованию и поправкам в законы.

После первого обсуждения эксперты выделили три закона, в которых разрыв между нормой и практикой был наиболее ощутимым: закон о гражданской защите, об охране здоровья, о семейном насилии.

Было решено провести масштабное исследование. Опросили около 700 человек — людей с инвалидностью, госслужащих, работников местного самоуправления. Исследование описало ситуации, которых в официальных документах нет: например, как человеку на коляске покинуть здание во время землетрясения, если эвакуационный план его просто не учитывает.

Итоги оказались настолько предметными, что МЧС впервые согласилось создать межведомственную рабочую группу, открыть внутренние инструкции и начать подготовку поправок в закон о гражданской защите.

Работа над проектом изменений уже идёт — в том числе в русле государственной программы «Доступная страна», которая предусматривает устранение барьеров и адаптацию услуг для людей с инвалидностью.

Совет по делам людей с инвалидностью меняет формат работы после 5 лет без обновлений

Проект изменил и работу самого Совета, где работает Исаков. Положение о Совете не обновлялось с 2020 года. За это время государственные структуры поменяли названия и полномочия, но ключевой проблемой было даже не это.

“Наши решения были рекомендательными. Они либо не принимались во внимание, либо принимались, но когда доходили до районов и сел искажались или не выполнялись”, — говорит Исаков.

Теперь подготовлен новый проект положения, в котором решения Совета становятся обязательными для исполнения, в состав впервые включены представители регионов (раньше участвовали только Бишкек и Чуй), для удаленных локаций, заседания будут доступны онлайн. Совет планирует получить полномочия мониторить все законопроекты, затрагивающие права людей с инвалидностью, до внесения их в парламент.

Документ прошёл общественные слушания и находится в процессе подписания председателем Кабинета министров.

Поддержка ПРООН: эксперты, которые оставались на связи даже ночью

Исаков подчеркивает: команда ПРООН не вела тренинги напрямую, но обеспечивала методическую, экспертную и консультационную поддержку на всех этапах.

“При необходимости мы могли связаться с ними даже ночью. Они помогали, направляли, следили за соблюдением техзадания. Работать было очень комфортно”, — говорит он.

Исаков не склонен к эмоциям, но когда его спрашивают о главном результате, он отвечает: появились знания, которые люди сразу применяют, появились изменения, которые могут уйти в Жогорку Кенеш и изменить законы, Совет близок к тому, чтобы получить инструменты для контроля исполнение решений, государственные органы начали пересматривать собственные процедуры.

“Раньше мы говорили о проблемах как о чьей-то частной беде, собрались обсудили, пострадали и разошлись, — говорит Исаков. — В этом проекте мы говорили о них как о системных вопросах. И это меняет все, что будет происходить дальше”.